Похитительница чужих душ

Ее жизнь, как для дочери из благопристойной семьи галицкого священника, было сплошным исключением из общих правил. Она должна была бы сначала стать женой какого-то благочинного мужа желательно с образованием, а после установления советской диктатуры – очень патриотичною коммунисткой, чтобы оправдать свое рождение. Но судьба решила пожалеть украинку с помешанным на Московии отцом, который довез семью аж до Таганрога в Первую мировую войну, дорогой потеряв из-за болезни сына (при своих неплохих познаниях в медицине) и едва не потеряв ее, дочь, Софию Яблонскую.

К счастью ума родителей все же хватило, чтобы вернуться в Галичину, где поповская дочка (отец снова опекал приход, пройдя многочисленные проверки) смогла получить то образование, которое хотела: учительская гимназия, драматическая и торговая школы, курсы кройки и шитья, книговодства… Управление театром в восемнадцать, Париж для обучения искусству съемок кинолент в двадцать.

Конечно всемирная столица моды – не дешевое удовольствие, поэтому София работает натурщицей, моделью, актрисой и … мойщицей окон. В городе мечты судьба сделает ей еще один подарок – знакомство с известными путешественниками Степаном Левинским и Кристианом Кальяри (с последним ей упорно приписывают очень нежные отношения), под воздействием которых она решилась на первое самостоятельное путешествие в Марокко. Плодом его становится книга “Чар Марокко” со свежим, неординарным, откровенным и беспристрастным взглядом – чего стоит “Первое, что заложили здесь европейцы, были кофейни и публичные дома …”. Конечно же критики были в восторге.

Амбициозности Софии было не занимать, и вторую свое путешествие она видит уже кругосветным. Причем благодаря своему таланту убеждать и очаровывать целенаправленная украинка получила-таки финансирование своего будущего проекта документальных фильмов о жизни аборигенов с “Фильмтак”. Но особенно в ее успех никто не верил и, пожалуй, как только она вышла за дверь, директор компании пожалел о своем согласии.

Недорогие каюты и парусники, на которых свободолюбивая авантюристка путешествовала без сопровождения, бросая вызов всем светским правилам мира, уносили ее туда, где ждали арабский принц (впоследствии от его ухаживаний пришлось бежать) и чудесные орхидеи (от сока которой она чуть не умерла), наказание “побивание камнями” (но она сбежала) и колдовской опиум (который она курила для ассимиляции с местными), охота на тигра и “поцелуй смерти” банановой гадюки, выигрыш арабки в шахматы и императорская свадьба… и все это всего за три года.

Во всем мире она представлялась не иначе как украинка и очень возмущалась, когда называли русской, готовая часами объяснять различия этноса с упором на сорок миллионов своих незаслуженно вычеркнутых с карты соотечественников. А ее многолетнее сотрудничество с львовским журналом “Новой домом” по собственному признанию могло прекратиться лишь “по уважительному препятствию, например поставить свечу перед алтарем в соборе святого Юра за покойную душу Я.С.”.

Но выполнять контракт на документальные съемки было сложно, потому что большинство местных считало это воровством их души, да и вообще контакт с “белыми” – плохим предзнаменованием, поэтому-то дирекция “Фильмтак” не очень и верила в успех проекта Яблонской. Сообразительная София и здесь не растерялась – в китайском провинциальном городке она арендовала помещение с панорамным видом на оживленную городскую улицу, повесила вывеску “Импорт – экспорт”, разделила комнату пополам – одна использовала под бутафорский офис по торговле автомобилями / аэропланами (и это в закрытой китайской глубинке 1930-х), а затянуты желтым бумагой окна другой использовала для скрытых съемок обычной жизнь с ее радостными и печальными событиями (ежедневное движение водовозов, переход осужденных, парадные похороны юнанского богатыря и свадебное шествие), а затем объявила “банкротство” и спокойно поехала дальше.

После печати во многих изданиях все самые рьяные скептики закрыли рот и признали – София Яблонская сделала то, что никто не смог до нее – сняла на камеру закрытый для “белых” тайный мир востока. Конечно же родная земля в 1935-ем кругосветную путешественницу, которая покорила Порт-Саид, Джибути, Цейлон, французский Индокитай, Лаос, Камбоджу, провинцию Юннань (Китай), Сиам, Малайские острова, Яву, Бали, Таити, Австралию, Новую Зеландию, США и Канаду, встречала как героиню. Ярких впечатлений хватило на две книги “Из страны рижа и опия” (1936) и “Далекие горизонты” (1939).

Но из всех мест, где она побывала, Китай манил ее больше всего – София ​​проживет там тринадцать счастливых лет, встретит мужчину своей мечты (французского дипломата и бизнесмена Шарля Удена), выйдет за него замуж и будет воспитывать троих сыновей. Все это время она не теряла времени, изучая закрытую культуру востока и обучая китайцев вышивать рушники, готовить украинские блюда и доить коров (там они использовались в основном как тягловая сила). Супруга называла Иваном и учила украинскому. Ее дом тонул в мальвовых и подсолнухах.

Затем в ее Китае победили красные (1950), которые уже оккупировали родную Украину. Возвращаться было некуда, поэтому выбор пал на Париж. Затем после смерти мужа она променяет шумную столицу на уютный остров Нуармутье, где по собственному проекту госпожи Софии была построена ее вилла, которая получилась столь стильной, что люди стали обращаться к ней за разработкой архитектурных проектов для своих домов (в конце концов один из них был официально признан художественным наследием).

Смерть украинском-путешественницы была, как вся ее жизнь, непредсказуемой, быстрой и эффектной – автомобильная авария 4 февраля 1971 года с рукописью новой книги рассказов и очерков “Две веса – две меры”, которую она везла в издательство.

11-04-2020 Виктория Шовчко

Обсудить статью в сообществе

Комментирование этой статьи закрыто.