Юрий Федорович Кравченко – одна из самых противоречивых фигур украинской политики и правоохранительной системы конца 1990-х – начала 2000-х годов. Генерал внутренней службы, многолетний министр внутренних дел Украины, человек стремительной карьеры и незаурядных амбиций, он оказался в центре одного из самых громких уголовно-политических дел независимой Украины – дела Георгия Гонгадзе.
В начале марта 2005 года страна снова заговорила о «кассетном скандале». Генеральный прокурор Украины Святослав Пискун заявил, что убийство журналиста Георгия Гонгадзе раскрыто: несколько бывших сотрудников МВД уже арестованы, еще один генерал объявлен в международный розыск. Тогда же было сообщено, что на 4 марта в Генеральную прокуратуру вызывают бывшего министра внутренних дел Юрия Кравченко.
Имя Кравченко давно фигурировало в скандальных записях майора Николая Мельниченко. На этих пленках голос, похожий на голос тогдашнего Президента Леонида Кучмы, якобы приказывал «разобраться» с журналистом Гонгадзе. Человек, чей голос приписывали Кравченко, отвечал, что имеет «орлов», которые могут заняться этим делом. Именно поэтому бывший министр рассматривался как один из ключевых фигурантов исследования.
Юрий Кравченко был человеком жесткого характера и большой уверенности в себе. Высокий, подтянутый, всегда безупречно одетый генерал сделал головокружительную карьеру, не имея влиятельных родственников или покровителей. Сирота с детства, он благодаря настойчивости и дисциплине поднялся к вершине силового ведомства. Пост министра внутренних дел стал пиком его служебного пути – Кравченко возглавлял МВД шесть лет, с 1995 по 2001 год.
После отставки он пытался оставаться в государственной системе: работал в сфере образования, возглавлял Херсонскую облгосадминистрацию, а впоследствии стал председателем Государственной налоговой администрации Украины. Однако тень дела Гонгадзе неотступно преследовала его.
Накануне допроса председатель парламентской комиссии по расследованию резонансных дел Григорий Омельченко публично призвал немедленно задержать Кравченко, заявив, что это необходимо даже для сохранения его жизни. Омельченко предупреждал об опасности психологического срыва, самоубийства или даже физического устранения бывшего министра.
Утром 4 марта 2005 года Юрий Кравченко не явился в Генеральную прокуратуру. Около семи утра он вышел в хозяйственное помещение своего дома в Конча-Заспе под Киевом. Через некоторое время жена нашла его мертвым. Рядом лежал пистолет.
Смерть генерала сразу вызвала множество вопросов. Сначала представители МВД сообщали об одном выстреле, но впоследствии оказалось, что ранений было два. Официальная версия настаивала на самоубийстве. Председатель СБУ Александр Турчинов объяснял, что первый выстрел был несмертельным: пуля прошла через подбородок и вылетела через рот, после чего Кравченко якобы второй раз выстрелил себе в висок.
На месте трагедии нашли предсмертную записку. В ней Кравченко уверял близких в своей невиновности и писал, что стал жертвой политических интриг.
Однако далеко не все поверили в официальную версию. Люди, хорошо знавшие генерала, убеждали: он не принадлежал к тем, кто добровольно сводит счеты с жизнью. Еще в 2000 году, когда депутаты оппозиции открыто называли его убийцей в стенах парламента, Кравченко демонстрировал хладнокровие и заявлял, что его невозможно сломать.
Сомнения вызывали и выводы относительно механизма смерти. Специалисты по стрелковому оружию обращали внимание: после первого выстрела в голову человек должен был потерять сознание от болевого шока. Из-за этого версия о двух самостоятельных выстрелах многим казалась маловероятной.
Адвокат матери Георгия Гонгадзе Андрей Федур также не поверил в самоубийство. По его мнению, смерть Кравченко могла быть попыткой «заметания следов» и перекладывания всей ответственности за дело Гонгадзе на одного человека. В то же время политолог Дмитрий Выдрин предполагал другое: человек с таким характером, как у Кравченко, мог добровольно уйти из жизни, не желая пережить арест, унижение и тюремное заключение.
Похороны Юрия Кравченко тоже сопровождались странными обстоятельствами. Информация о церемонии прощания появилась в последний момент. Бывшему министру фактически не предоставили официальных воинских почестей: у гроба стояли не почетные караулы, а его бывшие коллеги. Многие сотрудники правоохранительных органов пришли в гражданской одежде, поскольку, по их словам, новое руководство МВД не одобряло их присутствия.
На прощание прибыли бывший Президент Леонид Кучма, высокопоставленные чиновники и бывшие руководители силовых структур. В храме пророка Илии Кравченко отпели, хотя по православным канонам самоубийц обычно не отпевают. Священник объяснил это тем, что в отдельных случаях церковь допускает исключение – в частности тогда, когда обстоятельства смерти остаются невыясненными.
Смерть Юрия Кравченко до сих пор остается одним из самых загадочных событий новейшей украинской истории. Для одних она стала трагическим финалом человека, который не выдержал давления обстоятельств. Для других – символом того, что правда по делу Гонгадзе так и не была сказана до конца.