Обычное украинское село на Сумщине послевоенного образца. Обычная учительская семья Ющенко. Отец Андрей Андреевич – фронтовик, узник немецких концлагерей под наблюдением московских карателей из КГБ за сотрудничество с украинскими националистами, которому точно было не до заучивания украинских песен, поэтому до конца жизни в застольях он всегда пел лишь единственную известную ему «Розпрягайте, хлопці, коні». Ну, кем еще мог вырасти его сын, как не настоящим украинцем?
Хоружевское детство Виктора ничем не отличалось от сотен тысяч других детей от Сяна до Дона: дом с бесконечными хозяйственными заботами, школа, компания сверстников, любимые книги о захватывающих путешествиях… Именно последние породили мечты об археологической карьере, чтобы своими глазами увидеть остров Пасхи, затерянные в джунглях Амазонки племена, прочитать не известные иероглифы египетских пирамид… но все те мечты вдребезги разбились о прагматизм матери: «Будешь бухгалтером!».
Древний казацкий род Терещенко с Черниговщины, первый капитал которого начал собирать еще прадед, Артем Яковлевич, сначала чумакуя, а затем вкладывая средства в сверхперспективное сахарное производство. Предпринимательская жилка переходила в роду от отца к сыну, Артем – Николай – Иван… на момент рождения маленького Михаила в 1886-ом на киевской Бульварной семья владела немалым состоянием и крупными предприятиями от Волыни до Харьковщины, и это не смотря на огромную сумму потраченную на благотворительность (их девиз «Стремление к общественным делам» всегда гордо развевался на родовом флаге).
Конечно же способный парень, в полной мере унаследовавший родовые таланты, очень быстро в полной мере проявил себя как полноценный игрок на социальной и бизнес аренах страны. Тем более что высшее экономическое образование Лейпцигского и юридическое – Московского университетов, владение тринадцатью языками и личное состояние оцененное в семьдесят миллионов рублей (его дед и отец, основной наследник Терещенских капиталов, умерли с разницей в три недели) давали ему полную свободу действий.
Благородная и богатая семья Корецких-Ходкевичей, наследник отцовского княжеского титула и крупных имений с родовым замком во главе, баловень судьбы… Самойло с детства отличался независимым и воинственным характером – не зря же его хватило всего на пару лет обучения в одном из старейших голландских университетов, который и сейчас действует в Лейдене, смиренно грызть гранит науки – это было не по нему.
Только служба в рядах войска великого князя Литовского и Русского Сигизмунда III Вазы наконец в двадцать лет подарила юноше ощущение нахождения на своем месте. Тем более, что перспективного отрока почти сразу взял под свою опеку выдающийся военно-политический деятель Речи Посполитой, Станислав Жолкевский.
Фактически он был человеком, как говорят американцы «self-made man» (который сделал себя сам), ведь по праву рождения – лишь старший из шести детей бедной семьи Абрама и Фены Маршак, который в четырнадцатилетнем возрасте должен был покинуть родительский дом в Гнатовке и отправиться в столицу на заработки.
Благодаря природным способностям карьера Иосифа Маршака быстро пошла в гору – вскоре он из подмастерье киевского ювелира уже стал первым помощником мастера, а уже в двадцать четыре имел собственное дело, которое открыл в двух арендованных комнатах на Крещатике №4 в доме швейцарского часовщика Верле 2 мая 1878 года (материал на первую золотую цепочку собственного производства был приобретен на сто серебряных рублей приданного и деньги от продажи собственного костюма).
Со своей будущей миссией на этой грешной земле мальчик определился еще в год, когда поставил в тупик свою мамочку и ее подружек, выбрав из предложенного для гадания набора вещей одной рукой библию, а другой – деньги, что предсказывало его будущее в качестве обладателя издательского концерна, хотя взрослые тогда ошибочно истолковали выбор малыша как будущий епископский сан.
Кроме этого первые годы жизни Ивана Тиктора можно лаконично описать как родился в селе Красном на Галичине в зажиточной семье, там же получил начальное образование, затем учился в Рогатинской гимназии, где голову ему вскружил театральный дух (организовал подмостки в родовом имении). А потом вместе с классом вступил в ряды сечевых стрельцов, попал в плен после поражения Закарпатской народной республики, из которого его выкупил отец за счет семьи. В Польше межвоенного периода это был почти приговор.
Единственный наследник великосветской семьи Северина Ржевуского и Констанции Малгожаты из Любомирских, любимец матери, Вацлав родился в 1785-ем. Не ограничен денежными рамками в своих желаниях он всю жизнь прожил согласно своего видения мира и украинских национальных традиций помноженных на огромный опыт странствий по миру.
О нем ходили легенды, как о великом оригинала своего времени и ориенталисте, который проявил себя в рисовании и музыке (наиболее оцененное его произведение «Requiem» насмерть Фаддея Чацкого, впервые выполненный в Кременецком костеле в годовщину смерти польского историка. И при этом очень любознательный, настойчивый, трудолюбивый человек, живший по законам чести – в австрийской армии он дослужился до чина ротмистра, находясь в Вене, изучил турецкий и арабский, а также оказал материальную и практическую помощь по переводу и поиску выкладок на восточных языках трехтомника «Mines de l` Orient exploitees par une societe d`amateurs sous les auspices de M. Le Comte Uenceslas Bzewuski» (1809 – 1813).
Счастливая звезда освещала ее путь от рождения – богатейшая семья Любомирских, австрийский императорский высшей свет в статусе почетной статс-дамы, бракосочетание 7 ноября 1782 года с представители не менее древнего рода Ржевуских, огромные владения по всей Западной Украине (Подолье, Волынь, Галичина). Констанции Малгожате не было повода жаловаться на судьбу – и красота, и ум, и образование, и деньги, и влюбленный мужчина на восемнадцать лет старше ее, любимый сын Вацлав…
Париж, Вена, Саврань и снова Париж… все новики Европы перекочевывали в ее подольское имение, который она превратила в украинский Версаль. Такой образ жизни вполне удовлетворял его потребностям, если не считать денежной стороны вопроса. Пока был жив ее муж, Северин Ржевуский, семейные дела шли неплохо, но за одиннадцать лет без него Констанция успела накопить огромный долг в 2 398 000 рублей.
Политика – грязное дело и делать его в белых перчатках во все времена не представлялось возможным. Лишь ограниченные идеалисты могут себе вообразить победу над коррупцией, существующий с момента появления первобытного общества, или вселенское благо для всех без учета слабости человеческой натуры и закона возрастающих потребностей. В политике, тем более международной, нет друзей – есть только временные союзники.
Это стоило бы знать выходцу из Левадии, когда он вступил на путь борьбы за независимость Греции от турецкого протектората, а послужной список (вступление в средиземноморскую эскадру Г. Спиридова в семнадцатилетнем возрасте, боевые действия на Пелопоннесе и Эгейском архипелаге) и отсутствие в Кючук-Кайнарджийском мирном договоре между Московией и султанатом упоминание о греках должны были бы помочь ему в этом, но нет – это не послужило уроком для идеалистически настроенного Ламброса Кацониса, в том что документ подписанный Московией не стоит бумаги, на которой написан…
Почетный гражданин молодой черноморской жемчужины, в том числе из рук которого в городской бюджет поступали немалые налоговые средства в качестве директора Государственного коммерческого банка, думского казначея и владельца одного из крупнейших торговых домов времен правления де Ланжерона. Кроме того Михаил Антонович Крамарев вносил свою посильную лепту в благотворительные начинания Одессы как попечитель городской больницы.
Появление этого почтенного господина обряженного в рваное рубище на запятках пышной кареты какого-то важного господина шокировало все местное общество. Впрочем тайна показательного позорного променада дважды вдоль Дерибасовской в скором времени раскрылась – почетный гражданин Одессы оказался беглым крепостным графа Шереметьева, который благодаря своей коммерческой жилке и некоторой доле удачи смог пробиться в этой жизни.
Повороты судьбы иногда столь причудливы и непредсказуемы, что предугадать их повороты не возьмется даже самый опытный астролог. Рождение в маленьком селе Шпанив что на Волыне конечно же не давало возможности предположить блестящее будущее, хотя именитый род Радзивиллов, находящийся в родовых связях с половиной аристократии Европы давали предпосылки к безбедному существованию и вольной жизни, но Вторая мировая и советская оккупация Украины, где в Олыке официально находилось родовое имение княжеского рода, спутали все карты.
Будущее молодого наследника Станислава Альбрехта Радзивилла было туманно. Первый брак с графиней Розой де Монлеон растаял вместе с дымом пожарища боевых действий, но новая любовь к хорватке Грейс Колин, свадьба с которой состоялась в 1946-ом, дали силы жить дальше. Счастливой случайностью стало их знакомство в Нассау, где молодые поселились для получения британского гражданства, с известным трейдером Феликсом Фенстоном, результатом которой стало создание риелторской компании для работы на британском рынке.