Кто бы мог подумать, что сын генерал-майора, астраханского губернатора и правителя Кавказского наместничества окажется таким увлеченным сельскохозяйственным деятелем. Нет, конечно же детство и юность Виктора Скаржинского проходили по шаблону: Херсон, Николаевский кадетский корпус, благородный университетский пансион в Москве, служба в Департаменте народного просвещения в Петербурге. Но голос крови звал его назад в херсонские степи, и спустя всего шесть лет последовала отставка и возвращение домой в 1811-ом.
Однако вплотную заняться своими «Трикратами» Виктору Петровичу помешала война 1812 года. И хотя губерния была освобождена от воинского призыва, он был одним из первых, кто собрал эскадрон ополчения в 188 человек и полностью его обмундировал и вооружил. Херсонцы сражались под знаменами отряда генерала Медера в Несвиже, а затем корпуса адмирала Чичагова. Причем военные заслуги Скаржинского в свое время отмечали военный министр Барклай де Толли и герцог де Ришелье.
Его имя в конце фамильной братии де Рибасов незаслуженно померкло на страницах истории затмленное яркой звездой Иосифа, основавшего город-порт на берегу Хаджибейского залива. Но величие его жизни и бескорыстие даров навсегда сохранили имя Феликса в сердцах благодарных одесситов.
Следуя примеру своих старших братьев потомственный испанский дворянин из Неаполя оказался на службе у российской короны, навсегда влюбившись в бескрайние просторы украинской земли. Измаил, Городище, Дубенка… – везде он с отвагой стоял плечом к плечу с Иосифом и Эммануилом в сражениях за землю новой родины, а затем в качестве волонтера украинской армии всячески помогал противостоять притязаниям Польши. Так что решение Феликса де Рибаса остаться в Одессе после отставки 1797-ого в чине премьер-майора вполне объяснимо.
Гены предпринимательства и финансовой рачительности были у него в крови – дед-чумак, гонявший своих груженных солью волов от Сум до Петербурга, отец – ярмарочный торговец с бакалейной лавкой в Сумах. Но юному дарованию от коммерции не хватало размаха в своем полупровинцильном родном городе – в возрасте двадцати пяти лет с багажом знаний Сумского уездного училища за плечами (большего не позволили расстроившиеся финансовые дела семьи) Алексей Кириллович Алчевский отправился покорять процветающую столицу Слобожанского края.
Пробой пера в Харькове для него стала чайная лавка на Сумской, но это скорее был способ закрепиться в городе и сделать себе среди местных обывателей доброе имя, потому что масштаб данного предприятия опять-таки был невелик.
Его жизнь — одно целое с наукой. Его труд — целая эпоха в культуре. Его наследие — бесценная часть истории и языкознавства, археологии и фольклористики, литературы и этнографии Украины. И все это, не смотря на звание академика, под грифом «украинофила», «националиста» и «контры» — в зависимости от образованности очередного правительства и его фобий, связанных с Малороссией.
Материальное воплощение трудов и памятник в честь Дмитрия Ивановича Яворницкого — это Днепропетровский исторический музей, им основанный и названный в его честь. Здесь каждый зал буквально дышит теплом с такой любовью собранных руками метра экспонатов, который все свои силы увлеченной молодости и уверенной зрелости отдал на собирание, исследование, анализ, описание…