Созидательное начало ХХ века и тихие улочки уездного Житомира сулили недавнему выпускнику столичной католической духовной академии Анджею Федуковичу спокойную жизнь во служении Всевышнему в стенах величественного кафедрального собора святой Софии, куда он был назначен вице-деканом.
Зажиточный приход, силами которого рядом с храмом в скором времени появился изящный представитель ренессанса здания консистории, безмерное доверие горожан не зависимо от их религиозной принадлежности и главная икона костела – прекрасный образ Страдающей Божьей Матери кисти самого Рафаэля превратили жизнь ксенза в настоящий рай на земле. Но Первая мировая война, большевицкий переворот 1917 года и гражданское противостояние в один миг перевернул его судьбу вместе с миллионами других…
Одно его имя через десятилетия наводит ужас на врагов украинской земли, в его жизни больше мифов чем правды, его судьба — череда трагических событий, а смерть — до сих пор остается неразгаданной тайной. Но его несломленный дух как символ вольной Украины, за которой парят крылья тысяч небесных ангелов, сложивших свои головы за нашу свободу во главе со Степаном Бандерой.
Мюнхен. Вынужденная эмиграция. Постоянная охрана из числа членов Организации украинских националистов в виду угрозы для жизни и ожесточенная борьба (пусть и в изгнании) за свободу родной земли от советской чумы с крохотной искрой надежды на победу.
Извечная российская «благодарность» плетью и тюрьмой всем непокорным, не смотря на чины, заслуги и звания… Самый страшный сон имперцев во главе с царем Пером — несокрушимый украинский дух… И полковник Даниил Апостол как один из подписантов Коломацких петиций от 1723 года с просьбой о возврате государственных прав Украине. Наказание не заставило себя ждать — два года (вплоть до смерти тирана) узником в Петропавловской крепости и год под арестом в Петербурге.
Но годы заточения не смогли сломать казацкую волю, и прошение от новоизбранного гетмана Даниила Апостола с просьбой о возобновлении действия Мартовских статей 1654 года, легло перед Петром II в день его коронации. Вот только российское правительство как всегда при своей слабости на международной арене (над страной нависла реальная угроза новой войны с Турцией) ужесточило внутреннюю политику и значительно ущемило автономию и право на самоопределение Левобережной Украины.
По его венам текла сербская, французская, еврейская, венгерская кровь, но душа, рожденная среди бескрайних степей Донбасса, всегда была украинской. Тот кто родился в Дебальцево, работал в Верхнем, служил в Бахмутской сотне, воевал в рядах УНР просто не мог принадлежать другому народу.
Владимиру Сосюре випало жить в нелегкие для украинской земли времена, когда впервые затеплилась надежда и красным сапогом был растоптан шанс создания самостоятельного независимого государства Украина. Примирится с действительностью, когда вокруг куражится красный террор, поглощая в своем диком танце судьбы, жизни, годы… при этом оставаться в душе патриотом — тяжкое бремя.
Мало есть на свете людей, которые психологически готовы смирится со своей кончиной, с возрастом проходя все стадии отрицания… и в двойне это сложнее если ты «бог» от медицины и на твоих глазах, твоими трудами люди возвращаются из небытия, чтобы продолжить жить.
И вот он – тот, кто провел во время Второй мировой четыре тысячи операций в маленьком полевом госпитале, кто первым в стране осуществил удачную операцию по протезированию митрального клапана сердца, кто руководит ведущими медицинскими институтами Украины, на счету которого десятки тысяч спасенных жизней на шестом десятке своей жизни стал перед осознанием факта надвигающейся старости.
Один имел свой талант от Бога и лечил страждущих спрятанными в травах дарами земли, другой – занимался поиском философского камня и химическими опытами с экспериментами на больных. Одному помогали силы небесные, другой погрузился в пучину черной магии. Один не брал и гроша за свои труды, другой — жил деньгами и славой княжего врачевателя.
Имя первого – Агапит Печерский, и был он одним из первых монахов Киево-Печерской лавры, принявшим постриг из рук игумена Антония. Его земная оболочка и ныне покоится в ближних пещерах монастыря под иконой с лаконичной эпитафией «Агапит — врач безмездный». Согласно сведениям Киево-Печерского патерика он без зова приходил к тяжело больным с внутренними болезнями и исцелял их травяными снадобьями и молитвами. Жил аскет в пещерах и не брал за свои труды никакого вознаграждения.
Огонь Второй мировой войны, сметавший все на своем пути, оставил на всю жизнь свой отпечаток на миллионах судеб, даря одним забвение, а других вознося до небес на крыльях вдохновения беспрецедентных мужества и героизма не смотря на всю горечь потерь.
Одним из тех, чья жизнь попала в жернова этого страшного времени, был тот, чье имя впоследствии станет кинематографическим символом героев войны – Леонид Быков.
Мойше-Яков Вольфович Винницкий. Большинству обывателей это имя мало о чем говорит. Другое дело его прозвище, где воровской кураж и азарт, лихость и ужас преступления, выгода под личиной революционных настроений, беспринципность и наглость сплелись в личности воровского «короля» Одессы начала ХХ века.
Ученик в матрасной мастерской, электрик завода «Анатра» — заурядный послужной список подростка-безотцовщины в четырнадцать лет. Но еврейский погром 1905 года в Одессе, во время которого его соплеменников без особой видимой причины грабили и убивали на глазах у добропорядочных граждан, круто измени его судьбу. Отныне тот сверх меры наделенный организаторскими способностями и силой воли невысокий юноша противопоставил себя несовершенному обществу, перейдя черту «вне закона».
Порой прихоть судьбы возводит на вершину власти людей не наделенных какими-либо выдающимися качествами или способностями кроме жестокости и умения переступать через непокорных. Иногда вершина оказывается у ног лишь по праву рождения. Зачастую ее достижение вовсе не связано с личностью — все решают обстоятельства. Но бывают счастливые случаи, когда власть сосредотачивается в руках ее достойных, и тогда – о счастье народу, получающему такого правителя.
О силе и свободе исторической личности принято судить в свете грандиозности следов ее достижений будь-то последствия проведенных реформ или грандиозность строения щедротами ее построенного, монументальность литературного труда или же блага подаренные обществу.
Франц Вильгельм Габсбург-Лотринген. Что может быть общего между внуком последнего австрийского императора и Украиной? Но порой хитросплетения судьбы столь удивительны, что вовсе повергают в глубокое изумление. Кто бы мог подумать, что этот блестящий юноша австро-венгерской императорской фамилии до конца своих дней будет считать себя истинным патриотом своей второй родины.
Блестящее будущее, которое пророчило рождение в семье Габсбургов — роскошь, покой и благополучие. Но у жестокого рока были свои виды на Франца Вельгельма, ведь ему суждено было родится на заре новой эпохи, когда пошатнувшиеся основы старого мироустройства погребли под своими руинами целые империи, не говоря уже о сотнях тысяч поломанных жизней знатных и не очень, именитых и вовсе безвестных.