Друг, вдохновитель и критик. Михаил Слонов

Михаил родился в Харькове на Холодной Горе в зажиточном доме купцов Слоновых по Анненской. Благодаря другу матери, местному меценату Якову Николаевичу Лысикову, который заметил в мальчике несомненный певческий талант, он с малых лет начал свою карьеру в церковном хоре, а позднее навсегда связал свою жизнь с музыкой в классах Московской консерватории, где учился с 1887 по 1893 год вместе с целой плеядой будущих звезд мировой сцены.

Именно студенческая скамья тесно связала харьковского юношу с двумя неординарными гениями своего времени — Сергеем Рахманиным и Федором Шаляпиным. И не понятно для кого этот подарок судьбы был ценнее, ведь Михаил стал для них первым почитателем, первым импресарио на добровольных началах, первым глотком успеха.

Читать далее »

Королева немого экрана. Вера Холодная

Неземная красота и всенародная слава, грязная политика и таинственная кончина – за два коротких года она испила эту горькую чашу жизни до дна, став пешкой в игре красных и белых за уничтожение украинской земли. Она яркой кометой проскользнула по небосклону жизни, чтобы уйти в зените славы, оставив за собой шлейф загадок жизни и смерти, которые вот уже столетие пытаются разгадать адепты Веры Холодной. А начало было так многообещающе…

Рождение в благополучной семье преподавателя словесности полтавской гимназии, за плечами которого был Московский университет. Переезд в двухлетнем возрасте в столицу империи. Отличная учеба в частной гимназии Перепелкиной. Балетное училище Большого театра. Ранний брак по любви с красавцем-юристом Владимиром Холодным. Рождение дочери.

Читать далее »

От Божьего лика до импрессии. Александр Мурашко

Киев конца XIX столетия. Художественная мастерская иконописи отца. Школа рисования дяди — Николая Мурашко. Еще учеником посильное участие в росписи Владимирского собора и Кириловской церкви рядом с признанными метрами Васнецовым, Врубелем, Нестеровым. Казалось его путь в живописи предопределен классическим образованием и церковными канонами, но не суждено…

Неординарный талант Александр Мурашко искал своего выхода в чем-то ином, сердце юноши звало его туда, где водоворот смелых идей и нового видения свободен от условностей — Высшее художественное училище при Петербургской академии искусств и класс знаменитого Ильи Репина стали первой ступенью к его раскрытию.

Читать далее »

Президентский портной. Максимилиан Грунфель

Последнее спокойное десятилетие перед великой катастрофой. Маленькое живописное закарпатское село Павлово, где верхушки вековых сосен целует ветер свободы, а могучие вершины Карпат навсегда вдыхают в душу раз познавших их всю силу мужественного созидания, хранимую тенями забытых предков. Благополучная семья инженера Грунфеля, и долгожданная радостная весть о рождении сына нареченного Максимилианом 9 августа 1928 года.

Налаженный мещанский быт, зачаровывающая красота природы… и Европа над пропастью – красная и коричневая недоимперии, самонадеянно решившие разделить мир пополам, ввергнув его в хаос. Самостоятельность Карпатской Украины и аннексия 1939 года выступавшей на стороне агрессоров Венгрией стали началом конца мирной жизни семьи Грунфелей.

Читать далее »

Украинский учитель американского джаза. Иосиф Шиллингер

Он родился в бурно развивающемся Харькове на изломе эпох в 1895 году, когда казалось, что мир окончательно покончил с войнами и стал на путь прогресса и созидания. Счастливое детство на одной из тихих улочек в самом сердце старого города, где его мама прослыла одной из искуснейших шляпных мастериц, что создало благодатную почву для развития многогранных талантов юного дарования, которое начало писать музыку в восемь лет. Иосиф Шиллингер.

Поступление в столичную консерваторию было делом решенным при таких несомненных музыкальных талантах. Благо закончить ее по классу дирижерства и композиции ему удалось в 1917-ом, чтобы успеть вернуться в родной Харьков до начала большевицкой бойни.

Читать далее »

Короткая жизнь Белой Розы. Мария Башкирцева

Ей рукоплескал Париж, ее полотна стали первыми женскими произведениями Лувра, встречи с ней искал сам Ги де Мопассан, а ее дневник, хоть и изрядно подкорректированный родственниками, вызвал фурор во французском свете…

Мария Башкирцева, рожденная в полтавской глубинке середины XIX столетия в богатой семье местного предводителя дворянства и харьковской аристократки. Казалось бы ей предопределена судьба тех томно-изнеженных барышень, выросших в неге и грезят лишь о любви, чтобы занять полагающееся им место в социальной иерархии империи: жена — хозяйка дома — мать.

Читать далее »

Сделать больше чем прожить. Борис Гринченко

Рождение через два года после отмены петербургскими властями позорного крепостного, а по сути рабовладельческого, права (хотя свобода в Московское государство так и не засияла). Маленькое харьковское село Ольховый Яр. Зажиточная семья отставного штабс-капитана Дмитрия Гринченко. Обеспеченное детство помещичьего отпрыска. Четыре класса реальной харьковской школы и… исключение за чтение и распространение украинских народовольческих листков, царские казематы, туберкулез.

Не сломленная, но закаленная в тюремных застенках воля заставила Бориса Гринченко бороться за выживание, обучаясь мастерству обувного дела, и образование, львиная доля заработанных средств шла на покупку книг для самостоятельной подготовки к сдаче экзаменов на звание народного учителя, которое он благополучно получил в восемнадцатилетнем возрасте.

Читать далее »

Украинская мать американского авангарда. Майя Девон

Девяти короткометражных фильмов и серии о религиозных обрядах Гаити хватило, чтобы ее имя стало в один ряд с самыми известными американцами и закрепило славу основоположницы мирового авангарда. Ее жизнь стала легендой для тысяч экспериментаторов-визуалистов, почитателей фрейдистских теорий и интеллектуалам от богемы…

Когда 29 апреля 1917 года в семье киевского психиатра Соломона Давида Деренковского и актрисы Марии Фидлер произошло радостное событие рождение дочери Элеоноры, никто и предположить не мог, что всего через несколько месяцев страну утопит в крови большевицкий переворот, а после того, как через пять лет украинское сражение за независимость с оголтелым люмпеном будет окончательно проиграно и на долгие семьдесят лет утрачена надежда, семью ждет эмиграция за океан.

Читать далее »

Взлеты и падения. Василий Маслович

Появление долгожданного наследника в семье врача Черниговского полка Григория Масловича после смерти двух его братьев в малолетстве, казалось бы, сулило крещенному Василием новорожденному безоблачное будущее и предопределенную карьеру по военно-медицинской части. Но коварная судьба на счастье или на беду спутала все карты, когда его отец был переведен на службу в Сибирь, а мать с ребенком осталась в теплом украинском климате. Мальчику тогда не исполнилось и года.

Через некоторое время обманутая долгим отсутствием известий от супруга и ложным сообщением о его смерти Терезия Маслович (урожденная Хайновская) вновь выходит замуж за поручика Лукашевича. Раскрытый обман, развод, побег из Каменец-Подольского и поиски спасения у бывшего однополчанина Григория Масловича, Ионы Николаевича Познанского.

Читать далее »

Миг между прошлым и будущим. Наталья Терещенко-Уварова

Одинокий силуэт всадника словно зыбкий призрак серой дымкой проступает сквозь снежную пелену метели. Он несется во весь опор, оставляя позади километры дороги, утраченное счастье, прежнюю жизнь… летит на крыльях страха в неизвестность, где есть только родные души и чужая земля… бежит, чтобы уже никогда не вернуться назад в детскую сказку со счастливым концом.

Снежный вальс кружит и кружит в своих объятиях слившихся во едино человека и коня, стирая грань между прошлым и будущим. Кажется, что лишь вчера теплые отцовские руки подбрасывали ее к небесам и звонкий мамин смех гулко раскатывался по бесчисленным комнатам их дворца, а сейчас в целом свете есть только холод, бескрайняя степь и единственное преданное существо под седлом.

Читать далее »