Интересно, что Московия, которая не дала Максимилиану Волошину ничего, а в одной из своих ипостасий довела до гробовой доски, все время позиционирует его как «русского» художника. В то время как он родился на Киевщине, а большую часть своей сознательной жизни прожил в Крыму.
Он родился 28 мая 1877 года в семье члена Киевской палаты уголовного и гражданского суда Александра Максимовича Кириенко-Волошина из запорожского казацкого рода и немки Лены Оттобальдовны в девичестве Глазер в те счастливые времена, когда украинские земли наконец получили непродолжительный период передышки в своей бурной истории. В свои детские и юношеские годы с частыми переездами он увидел немало прекрасных городов благодаря активности своей високообразованой матери (отец умер, когда мальчику было всего четыре), но сердце его навсегда осталось в Крыму, где он в двадцать лет наконец закончил феодесийську гимназию.
Очень талантливый и трудолюбивый Иван Франко стоит отдельной личностью среди плодородного поля украинской литературы. Хотя для сына кузнеца этого оказалось недостаточно для обеспечения достойной жизни себе и своей семье при знании четырнадцати языков в двух докторских академических степенях (Венского и Харьковского университетов). Может это произошло из-за неудобства Ивана Франко для руководства и его привычки говорить правду в лицо, или чрезмерной интеллектуальности как для рядовых граждан, а может был слишком патриотической личностью (именно он вел в мир украинской богемы моду на вышиванки).
Гений, который никогда не опускал руки (болезни, смерть любимого сына, нехватка денег), не пренебрегал работой (недаром же его прозвали «титан работы»), не оставался равнодушным к социальным проблемам украинского общества (участие в Просвите, издание целого ряда журналов и газет, написание статей по животрепещущим вопросам). Неудивительно, что он несколько свысока смотрел на окружающий мир через критическую призму своих знаний и жизненного опыта.
Он был сыном того, кого один из величайших князей Киевских любил больше всех своих детей, не зря же Ярослав Мудрый потратил много сил энергии чтобы выхлопотать для своего Всеволода руку дочери византийского императора Константина, Марии-Анастасии. Дед даже успел увидеть первенца этого союза, которого назвали Владимир (князь) Василь (крестное) Мономах (в честь деда по матери).
Вряд ли он рассчитывал занять главный престол Руси-Украины в Киеве. Возглавляя по очереди Смоленское, Черниговское, Переяславское княжества он удачно ходил походами на половцев, руководил по мере своего видения ситуации и требований того времени, растил своих сыновей…
Он родился в 1927-м на украинском Донбассе (село Ижевка под Константиновкой), где на родном языке разговаривали почти все жители, где вышиванка в гардеробе мужчин и женщин встречалась гораздо чаще, чем обычная рубашка, где в церквях молитвы к Богу возносили только на украинском – в очередной раз оккупированном Московией с оружием в руках Донбассе.
Еще ребенком и подростком Олексе Тихому пришлось столкнуться со всем коварством московских властей – сначала устроенный ими голодомор 1932 – 1933 лет выкосил несколько миллионов украинцев, чтобы в их опустевшие живописные домики заселились выходцы из трущоб северного соседа, потом развязанная ими же при участии Германии Вторая мировая война 1939 – 1945 лет огненным смерчем прокатилась по его Родине. Поэтому украинское самосознание у будущего диссидента проснулось довольно рано, его не смогло подавить даже обучение в Московском университете.
Еще при жизни самая таинственная фигура высшего света Восточной Европы на рубеже XVIII – XIX веков Яна Потоцкого превратилась в легенду – быть самим собой, пренебрегать великосветскими классовыми условностями, познавать мир и делиться своим опытом с другими в то время было «моветон», что грозило нарушителю остракизмом. Но видимо его это мало смущало при жизни, и тем меньше после смерти. Именно поэтому последняя, да еще под личиной самоубийства, вызвала такой поток гарячих сплетен и слухов в тогдашнем обществе, рождая порой совершенно невероятные теории, которые на публику выносились как бесспорный сенсационный факт.
Так даже тот, кто позиционировал себя как мемуарист, в поисках минуты славы утверждал, что главная причина самоубийства Яна заключалась в сложных отношениях с последней любимой женой Констанции Потоцкой. При этом женщина выставлялась в явно негативном свете, называясь хромой и капризной «как все полячки». К тому же Вигель обвиняет ее в отсутствии любви к мужу и публичных обвинениях его в горбатости, хотя якобы из соображений приличия не оформлении разрыва официально. Сам факт смерти для большего эффекта представляется им как резание бритвой. Но все эти «пикантно-кровавые подробности» потуги этого «мемуариста» два факта превращают в ничто – документальное оформление растяжения союза между Яном и Констанцией в 1709-ем и вовсе иные обстоятельства смерти, к тому же возникает вопрос «почему от официального разрыва до самоубийства прошло целых семь лет? «
Казалось бы рождение в семье священнослужителя Московской империи, где православная церковь была и остается одной из ветвей власти со всеми вытекающими привилегиями, априори гарантировало мальчику хорошее образование, безбедную жизнь и старость среди покоя цвета вишневых садов. Но судьба бывает большой шутницей…
Уже в девять Олекса пережил первое испытание, когда Первая мировая война, развязанная в том числе непомерными имперскими амбициями Романовых, похоронила их страну под своими обломками. Семья Влизько вернулась на родину деда, в село Сигнаевка (ныне Черкасская область). Но вооруженный красный люмпен не хотел оставлять в покое Украину, как сам смысл легитимизации выходцев из мокшанских болот, раз за разом с боями оккупируя украинскую землю и заставляя семью священника переезжать из деревни в деревню в поисках спасения от своих зверств.
Ее жизнь, как для дочери из благопристойной семьи галицкого священника, было сплошным исключением из общих правил. Она должна была бы сначала стать женой какого-то благочинного мужа желательно с образованием, а после установления советской диктатуры – очень патриотичною коммунисткой, чтобы оправдать свое рождение. Но судьба решила пожалеть украинку с помешанным на Московии отцом, который довез семью аж до Таганрога в Первую мировую войну, дорогой потеряв из-за болезни сына (при своих неплохих познаниях в медицине) и едва не потеряв ее, дочь, Софию Яблонскую.
К счастью ума родителей все же хватило, чтобы вернуться в Галичину, где поповская дочка (отец снова опекал приход, пройдя многочисленные проверки) смогла получить то образование, которое хотела: учительская гимназия, драматическая и торговая школы, курсы кройки и шитья, книговодства… Управление театром в восемнадцать, Париж для обучения искусству съемок кинолент в двадцать.
Судьба этой необычной личности окутана домыслами и мифами на грани фантастики, так как еще при жизни Ян Потоцкий стал легендой культуры Польши, Франции, Бельгии, Испании, Украины… И сейчас, две века спустя после загадочной смерти, в его истории бытия больше вопросов, чем ответов, поэтому многочисленные биографы продолжают упорно работать, чтобы разрисовать хотя бы частично красками фактов эти белые пятна. Его регалиям нет конца – основатель славистики, первый археолог славянства, востоковед, географ, этнограф, историк…
Жажда души к познанию всего на свете Яна Потоцкого проявила себя довольно рано, но раз сделав глоток из чаши познания, остановиться уже не смогла, а когда поняла, что никогда не насытится и не увидит ее дна – разочарованная добровольно покинула этот мир. И не смогли стать ему помехой ни социальные условности, ни семейные ценности, ни собственные ограниченные физические возможности. Рожденный под счастливой звездой герба Пилява в Винницкой глубинке (село Пиков) он уже в семнадцать имел за плечами образование Женевы, Лозанны, Вены и знание нескольких языков (основной язык общения – французский, знание польского довольно слабое).
Обычная семья украинского учителя по фамилии Макогон, жена-немка и трое детей. Цветущая черновицкая Буковина начала ХХ века; кто же знал, какой тяжелый крест достанется Украине в этом непростом столетие. Первая мировая, Румынская оккупация, переезд в Станислав… Судьба как у многих. Если бы не литературная звезда дочери Дарии она бы легла на безвестную полочку истории, забытая всеми.
Печать своего первого произведения девушка увидела уже в девятнадцать ( «Марічка» в «Українському голосі», 1926 год). Затем будет периодика «Діло», «Назустріч», «Новий час». Но чтобы достичь настоящего признания ей понадобилось всего десть лет, и первая из высочайших литературных премий Украины львовского Общества писателей и журналистов им. Ивана Франко за лирические «Метелики на шпильках» (под псевдонимом Ирина Вильде) была в ее руках, и это при бешеной популярности исторических повестей в то время.
Она родилась в украинской Одессе образца 1889 года с огромными крыльями поэтического таланта за спиной, под несчастливой звездой личного рая, чтобы войти в литературную историю страны, награды которой она не признавала и закончить свое жизнь так и оставшись загадкой. Имя ей Анна Ахматова из дворянского рода инженер-капитана II ранга Андрея Антоновича Гордиенко.
В двухлетнем возрасте она покинула родину вместе с переходом отца во служение московскому великому князю Алексею Михайловичу, чтобы после расставания родителей через три года с матерью, Инной Эразмовной Стоговой, вернуться в Украину – то были Евпатория, а затем Киев.