У него так много ипостасей в украинском фольклоре, что все их и не перечесть, ведь уважительное отношение ко всем прошлым поколениям своих предков и рода в целом украинский младенец впитывал в себя вместе с маменькиным молоком. Причем чествование духов своих умерших не ограничивалось какой-то единственной конкретной датой, они всегда были рядом, поучали, помогали, оберегали, а порой и карали за ослушание, так что Чур (Нур, Крыса, Пращур), как их отождествление, шел плечом к плечу с украинцем от колыбели до гробовой доски.
В доме он выступал помощником Домового, в обязанности которого входило поддержание очага в домашней печи. В украинскую старину на самом высоком пригорке у каждого села обычно был установлен полый внутри глиняный истукан-тотем Чура, внутри которого всегда горело поддерживаемое специальным сторожем пламя, чтобы каждый желающий мог в любое время дня и ночи взять себе домой частичку великого дара предков, огоня, в случае необходимости.
Кукуруза пришла в Украину не так чтобы и давно, всего каких-то два столетия назад. Но неприхотливость ее выращивания в условиях засушливого украинского лета и замечательный вкус очень быстро очаровали души местных жителей, введя в повседневный и праздничный рацион блюда из золотых кочанчиков, а название мамалыга или кулеша (реже – кулиш) стало символом украинского семейного застолья.
Так приготовлена из вареной кукурузной муки или крупы (иногда на заранее сваренном и истолченном картофеле) заправленной сливочным или растительным маслом с добавлением шкварок из побрюшины, яиц, брынзы, коровьего сыра, «постного» молока, сметаны растертого чеснока, обжаренного лука и моркови… она стала королевой стола за вечерними посиделками за неспешными семейными разговорами. Ведь ее сытность и отличный вкус так хорошо дополняют уют дружеской атмосферы.
Заготовка и хранение продуктов питания с давних времен в украинской культуре было своеобразным видом искусства. И если в холодное время года хранить различные скоропортящиеся продукты вроде мясо-молочки не требовало значительных усилий, вполне достаточно было глубокого сухого вентилируемого погреба во дворе или подвала под домом. А вот долгое жаркое лето диктовало свои требования к хранению продовольствия в пригодном для потребления виде. Поэтому к нему тщательно готовились заранее и правильному хранению продовольствия хозяйкой уделялось много внимания.
Так молоко перерабатывалось в сливочное масло, которое для хранения клали в банку с соленой водой под плотной крышкой. Для хранения молока в свежем виде к нему клали специальную лягушку (в народе ее называли «холода»), которая охлаждала продукт своим тельцем и с помощью природных антисептических элементов, которые продуцирует ее кожа, а так же предотвращала появление и размножение молочнокислых бактерий. Сметана, кисляк или томленная в печи ряженка, как кисломолочные продукты, в течение нескольких дней не нуждались в специальном хранении, кроме нахождения сосуда в недоступном для солнечного света месте.
Добротный ковер в украинском доме издревле был символом достатка и автоматически повышал социальный статус хозяев дома в глазах их односельчан. Ведь купить его могли себе позволить только очень не бедные люди. Хотя чисто практическим назначением ковра было улучшение теплоизоляции помещения без отличия его использования на стенах или на полу. Именно поэтому искусство ковроткачества существовало на украинских просторах с древнейших времен и известно еще с Трипольщины, о чем ярко свидетельствуют находки глиняных пряслиц.
Традиционно в Украине обычные ковры (коц — односторонний из грубого ворса) изготовляли специально обученные женщины и девушки длинными осенними-зимними вечерами, начиная с Семена, вручную без специальных машин лишь при помощи прясильца (лопатовидная доска, вставленная более узким концом в днище) из заранее намытой и вычесанной весной-летом шерсти. Простые украинские станки-приспособления для изготовления ковров появились, как считается в научных кругах, где-то в XVII веке.
Одно из самых удивительных растений украинских просторов, которому не страшны ни лютый зимний холод, ни летняя жара бескрайних степей. Хрупкому барвинку с ветками-прутиками присуща удивительная жизнестойкость, которую не могут поколебать все прихоти матушки-природы, ведь его листочки-лодочки никогда не теряют своей формы, упругости и темно-зеленого цвета, а весной он одним из первых наряжается пятилепестковыми фиолетовыми цветами. Недаром же в украинском фольклоре красавица-весна приходит на землю окутанная его нежными лозами, увенчаная веночком с его цветом.
Именно барвинковой силой и несгибаемостью так восхищались праукраинцы-мистики с давних времен, наделяя его божественной силой вечности (поэтому-то его не редко сажали на могилах предков), и как следствие отождествлением молодости, красоты, силы и самой жизни, ведь он возрождается из малейшего корня толщиной в волос и пышно разростается на самых неблагоприятных почвах. З это его воспевали в многочисленных колядках, гаивках, щедривках… Считается, что священная украинская птица, сокол, вьет свое гнездо именно из защитной травы-барвинка, прежде чем устилать терном и цветом калин, укрить золотой пылью.
Для их приготовления всегда отбиралась лишь лучшая пшеничная мука высшего сорта, ведь они готовились исключительно на праздник, который испокон веков был раз в жизни и фактически служил своеобразным переходом к взрослой жизни (ведь в украинской культуре они выступали символом-олицетворением половой зрелости и силы). Поэтому только лучший рецепт, только самые качественные составляющие, только искусные кухарки. Шишки разного размера бережно изготовлялись из опарного сдобного дрожжевого теста, замешанного на одних яичных желтках и сладкосливочном масле для выпечки свадебного каравая.
Меньшие по размеру шли на украшение самого главного атрибута праздничного стола, причем самая красивая и пышная из них венчавшая центральную часть каравая, называлась «ружей» за розовый цвет («молодая среди дружек»), в который ее подкрашивали свекольным соком. Внутрь розы иногда клали монету, чтобы новая семья была состоятельной. Во время традиционного разрезания каравая ружа ломалась молодыми между собой, считалось: кто отломит больший кусок, тот будет главенствовать в дальнейшей супружеской жизни, кому достанется монетка — будете распоряжаться семейным бюджетом.
Он — магический предмет настоящего, который за тысячелетия и тысячелетия своего существования ничуть не изменил своей формы, сути и назначения, хотя о его глубинном содержании современные украинцы уже начали понемногу забывать, а сам ритуал превратился в повседневную рутину. А когда-то расческа была одним из самых уважаемых предметов в арсенале каждого украинца, таким себе оберегом индивидуального ежедневного пользования.
В древние времена на украинской земле гребень считался связующим звеном между небесным миром, землей и подземельями небытия, ведь он проходил волосы от корней до самых кончиков, словно проводя душу жизненным путем. Он выступал символом связи поколений и дождя или леса, как его материального отождествления. Недаром его изображения в виде волнистых линий встречаются еще на трипольской посуде, а золотой скифский гребень IV века до н.э. – непревзойденный пример ювелирного искусства.
Блюдо с легким иностранным флером, мало отвечающим исторической действительности. Ведь на украинских просторах многочисленные рецепты паштетов (или в других вариантах «пашкетов» или «намазок»), как быстрой закуски долгого хранения, известны с давних времен. Оно – непременный гость украинского традиционного семейного застолья и праздничных торжеств.
Они отличаются набором ингредиентов, но рецептура приготовления у них одинаковая: холодное или горячее приготовление. Отличие же процедуры заключается только в наличие или отсутствие конечной стадии обработки готового паштета после смешивания всех предварительно приготовленных и измельченных составляющих: либо запекание в глиняных, смазанных сливочным маслом и присыпанных мукой или сухарями емкостях (реже отваривание в хлопчатобумажной салфетке), или без запекания.
Они — прямая материальная связь между двумя мирами через Мать-Землю, которая дарит жизнь и вечный покой после нее. Именно поэтому каждая часть конопли от стебля до последнего зернышка в украинской культуре нашла свое использование, ведь традиционно духовная защитная сила этого растения наибольшая из всех сущих на земле; не зря же по легенде Кирилл Кожемяка, идя на поединок со змеем, обмотался именно коноплей.
Само растение издревле в Украине служило неиссякаемым источником сырья для изготовления нити для ткани, а также в качестве пакли, в том числе для набивки чепцов. Причем традиционно ее высевают дважды за сезон: раньше на холмах «на пряжу» на 5-7 неделе Великого поста минуя Вербную, позже – в низинах «на семена» в мае-июне вместе с гречкой. Сеяли из специальных «замашных» штанов, которые набивали до краев и несли на плечах, их после посева вешали в хате на сволок, чтобы конопли до потолка было.
Она – самая известная в мире украинская обрядовая выпечка, ведь это – главный символ величайшей украинской Великодня (Воскресение бога-солнца, Ярила, когда солнце долго не садится, Великий день), в христианском мире перерожденного на Воскресение Христа (Пасха от древнееврейского «песах» – жертвенный ягненок или из греческого «паска» – переход, освобождение). Магическое содержание от начала подготовки приготовления блюда до последней крошки сопровождает пасхальную Бабу (современное название – паска) многочисленными предрассудками, приметами и верованиями, которые украинцы от предков наследовали за тысячелетия, ведь «Не каждый день Паска, а хлеб – не паска».
Причем несмотря на самые черные времена запрета константинопольского патриарха Иеремия II в 1591 и господствующего атеизма московских оккупантов ХХ века обычай святить паски в церквях на Пасху до восхода солнца украинцы соблюдают и поныне. Причем сам обряд причащения паствы жрецами плотью и кровью умирающего и воскресшего бога существовал за многие тысячелетия до появления христианства как такового.