Кабинетный ученый с мировой славой. Юрий Кнорозов

Загадки великих майя, застывшие в великолепии ступенчатых пирамид, собственном календаре и мировой популярности игры в мяч, долгие годы заставляли известнейших ученых всего мира биться над дешифровкой последних трех с половиной книг майя, которые остались после европейской колонизации Южной Америки (все их обширные и малые библиотеки были спалены по наущению испанских священников).

Но судьбе-затейнице угодно было отвести роль воскресителя этой культуры тому, кто родился под Харьковом, пережил украинский Голодомор, строил военно-оборонительные сооружения на Черниговщине, попал в немецкое окружение, вышел живым из оккупации, чтобы в 1945-ом стать студентом II курса истфака МГУ и основателем отечественной майянистики.

Читать далее »

Грешный мученик украинского православия. Данила Братковский

Его родовые корни уходили на много столетий вглубь украинского православия, когда Волынь была княжеской и ни о каком католичестве на этой земле речи еще не шло. При этом аристократическая и богатая семья Братковских даже в условиях полькой оккупации прочно держалась своей религии, при этом каким-то чудом умудрившись не утратить своего веса в социально-политических реалиях католической страны.

Конечно верный наследник семейных ценностей, Данила Братковский, продолжил в тесной связке с Луцким православным братством неравную борьбу за религиозное равноправие на исконно украинских землях. Вера его была столь сильна, что не смотря на усилившееся окатоличивание Волыни в конце XVII столетия (лишение права вступления в цеха, занимать должности в магистрате, наложение налогового бремени на храмы и общины), ему вместе с группой однодумцев хватило смелости требовать от польского Сейма 1699 года свободы вероисповедания для православных, но это возымело обратный эффект – появилось несколько постановлений, усиливавших давление на Греческую веру.

Читать далее »

Созидание как преступление. Михаил Бойчук

Маленькое село в тернопольской глубинке. Обычная крестьянская семья с четырнадцатью моргами земли. И неожиданный подарок судьбы – поцелуй небес на челе одного из младших сыновей, художественный талант которого проявился столь ярко, что в шестнадцатилетнем возрасте юношей был отправлен на обучение во львовскую студию Юлиана Панькевича.

Неоспоримость дарования Михаила Бойчука привели его в столицу Австро-Венгрии, потом будет Мюнхенская академия художеств и, наконец, в Мекка всех живописцев – Париж, где он стал одним из организаторов украинской общины. В творческом же плане созерцание шедевров прошлого всех направлений и стилей все ближе возвращает его к истокам примитивизма как симбиоза византийской и староукраинской церковной монументальной росписи с итальянским Проторенессансом и украинской народной живописью.

Читать далее »

Младший брат легенды. Феликс де Рибас

Его имя в конце фамильной братии де Рибасов незаслуженно померкло на страницах истории затмленное яркой звездой Иосифа, основавшего город-порт на берегу Хаджибейского залива. Но величие его жизни и бескорыстие даров навсегда сохранили имя Феликса в сердцах благодарных одесситов.

Следуя примеру своих старших братьев потомственный испанский дворянин из Неаполя оказался на службе у российской короны, навсегда влюбившись в бескрайние просторы украинской земли. Измаил, Городище, Дубенка… – везде он с отвагой стоял плечом к плечу с Иосифом и Эммануилом в сражениях за землю новой родины, а затем в качестве волонтера украинской армии всячески помогал противостоять притязаниям Польши. Так что решение Феликса де Рибаса остаться в Одессе после отставки 1797-ого в чине премьер-майора вполне объяснимо.

Читать далее »

Божий человек. Ефим Божко

Ну кому еще среди хаоса гражданской войны могла прийти в голову безумная идея возрождения Запорожского казачества как не божьему человеку. И не человек ли с не обремененным корыстью и меркантильными интересами не побоялся бы обратится за помощью в святую святых казацких доблестей – к главному хранителю исторических реликвий Дмитрию Яворницкому. Однако историк не поверил в благие намерения бывшего полковника инженерных войск российской императорской армии и не отослал требуемые им запорожские реликвии.

Однако отсутствие материальных регалий не остановило самоназванного атамана – Ефим Божко начинает возрождение Сечи, которая первоначально состояла из пехотного, конного, артиллерийского куреней, по законам XVII столетия в 1918-ом. Свое боевое крещение новые казаки приняли в сражении против повстанцев Нестора Махно за Екатеринослав, хоть и проиграли его в виду сильно превосходящих сил противника.

Читать далее »

Раб первой гильдии. Михаил Крамарев

Почетный гражданин молодой черноморской жемчужины, в том числе из рук которого в городской бюджет поступали немалые налоговые средства в качестве директора Государственного коммерческого банка, думского казначея и владельца одного из крупнейших торговых домов времен правления де Ланжерона. Кроме того Михаил Антонович Крамарев вносил свою посильную лепту в благотворительные начинания Одессы как попечитель городской больницы.

Появление этого почтенного господина обряженного в рваное рубище на запятках пышной кареты какого-то важного господина шокировало все местное общество. Впрочем тайна показательного позорного променада дважды вдоль Дерибасовской в скором времени раскрылась – почетный гражданин Одессы оказался беглым крепостным графа Шереметьева, который благодаря своей коммерческой жилке и некоторой доле удачи смог пробиться в этой жизни.

Читать далее »

Настоящий украинский полковник. Иван Богун

Его имя спустя столетия стало для украинской молодежи путеводной звездой чести, достоинства и патриотизма, превратившись в легенду, а современники его любили и ненавидели все сердцем. Равнодушным харизматичная личность Ивана Богуна не оставляла никого, ведь он легко менял вчерашних союзников на их оппонентов, если это было выгодно Украине.

Он был противником любых компромиссов за счет интересов Украины и это-то в середине XVII столетия, когда Запорожская Сечь после смерти Богдана Хмельницкого и фактического провала освободительной войны находилась в уязвимом положении руины. Он не принял присягу московскому царю, но и поляки, король которых Ян II Казимир всеми доступными способами от материальных благ до лести пытался купить благосклонность влиятельного украинского полковника, были от него не в восторге…

Читать далее »

Бердянское детство. Александр Ефремов

Он впервые почувствовал ласковую теплоту морских волн на своих ногах в шесть, когда семья перебралась в мягкий, плодородный климат Южной Украины из-за проблем со здоровьем его младшего брата. Тогда, еще счастливая и дружная, семья Ефремовых со своими тремя малолетними детьми переехала из холодного Царскосельского уезда в Бердянск в 1914-ом.

Босоногим мальчишкой Александр носился по набережной, ловил с другими такими же босяками бычка у самой кромки воды, шалил без меры, а как же без этого, и был безмерно счастлив, как бывает только в детстве. Те пять неполных лет, что будущий писатель-фантаст провел в Бердянске он запомнил на всю жизнь, как лучшие годы в его жизни, а город вписал его имя в свою историю задолго до его широкой популярности, после одного неординарного и запоминающегося поступка…

Читать далее »

Смерть героя. Алексей Казарский

Герой российско-турецкой войны, получивший орден Святого Георгия IV класса и чин капитана II ранга за победу восемнадцати пушечного брига «Меркурий» под его командованием над двумя линейными кораблями противника, в мирное время он за отличную службу был в звании флигель-адьютанта был введен в придворную свиту Николая I, но как человек деятельный остался верен флоту.

В 1833-ем Алексей Иванович Казарский был направлен проверяющим тыловых контор и складов черноморских портов, что стало его смертным приговором, так как в Московии во все времена объемы воровства превышали все мыслимые пределы и их совершавшие готовы были биться за награбленное всеми способами без оглядки на законность и этические нормы.

Читать далее »

Справедливость по-московски. Василий Эллинский

Его жизнь началась в благополучной семье священнослужителя черниговской глубинки образца 1893 года и, казалось, была обречена на столь же сыто-благополучное продолжение до земного исхода – одухотворенно-возвышенной натуре с семинарским образование за плечами самое место в тихом приходе под боком у любимой супружницы в окружении целого выводка детей.

Но судьба-шутница редко прислушивается к желаниям земных подопечных – поступление Василия Эллинского в 1914-ом на экономическое отделение Киевского коммерческого института изменило его жизнь, а переворот 1917-ого привел в ряды Украинской партии социал-революционеров в качестве одного из организаторов и лидеров ее левого крыла, позднее преобразованного в самостоятельную партию коммунистов-борцов.

Читать далее »